Вход

Поэт, царский учитель, гимносочинитель-рекордсмен

В связи с Жуковским вспоминается «Родная речь», новенький учебник, только что выданный второклассникам накануне летних каникул

Родоначальником нашей литературы, первым национальным поэтом, солнцем русской поэзии принято считать Пушкина. Справедливо, безоговорочно, бесспорно. Как и то, что Александр Сергеевич возник не на пустом месте — предтеч у него не счесть. И одному из них  на днях стукнуло 235. Не знаю, «проходят» ли сегодня  В. Жуковского в школе? Скорее всего, на весь ХIХ век выделено несколько часов, и те — на Пушкина, Лермонтова, Некрасова; остальным, если и достались, то секунды. Ничего не поделаешь — русская литература богата и объемна.
В связи с Жуковским вспоминается «Родная речь», новенький учебник, только что выданный второклассникам накануне летних каникул (между прочим, бесплатно). Последний урок, 196-какой-то год. Разглядываем картинки и стишки под ними. Строчка, в которой вроде ничего сногсшибательного, запомнилась на всю жизнь: «В лазури жаворонок звонкий». Кто ее автор, не запомнил. А то, что эти строки поэт писал для девятилетней дочери и шестилетнего сына, не говорящих по-русски, и что «Жаворонок» создан в последний год жизни Жуковского, узнал только что. Василий Андреевич сочинил его, живя с женой-немкой за границей. Уже в то время существовала проблема утечки мозгов из России.
В Ржеве Жуковский не был (как и Пушкин), хотя родился неподалеку, в Тульской губернии. Зато турчанка Сальха бывала в городе-побратиме Ржева Силистрии. Кто такая Сальха? Наложница в гареме турецкого паши. Ее в качестве трофея привез в Россию и подарил помещику Афанасию Бунину его приятель, участвовавший в штурме неприятельской крепости. Жестокий век, жестокие нравы. Шла русско-турецкая война (1768 — 1774). Афанасий — пращур первого русского нобелевского лауреата Ивана Бунина, он же папа незаконнорожденного младенца, а Сальха — мама Жуковского. Дело запутанное и драматичное, как и дальнейшая трагическая история любви Жуковского и его дальней родственницы Марии Протасовой. 
***
Василий Жуковский вызволил из крепостного плена Тараса Шевченко, сделал все, чтоб предотвратить первую, ноябрьскую дуэль Пушкина с Дантесом, поддержал опального Лермонтова, предоставил кров вечно бездомному Гоголю. Николай Васильевич проживал у Жуковского в Германии. Весть о кончине Гоголя и сожжении второго тома рукописи подкосило и без того не блестящее здоровье Жуковского. Василий Андреевич пережил автора сожженных «Мертвых душ» всего на месяц.
Были у Василия Андреевича и другие заслуги перед Отечеством и ее культурой. Считается, что он изобрел белый пятистопный ямб. Помните, Васисуалий Лоханкин возопил: «К ничтожному Птибурдукову нынче / Ты, мерзкая, уходишь от меня»? Вот это он и есть, пятистопный, белый. И амфибрахий русской поэзии привил Василий Андреевич, хотя размер называют некрасовским, а самый запоминающийся пример — лермонтовский: «На севере диком стоит одиноко». Жуковский как представитель романтизма поэмы  писал соответственно романтические, его «Светланой» зачитывались не только русские барышни. Он много переводил — от Гомера до Гете, с последним не раз встречался в Веймаре, и автор «Фауста» был тронут, если не врет. Поэты Серебряного века — от символистов до М. Цветаевой и Б. Пастернака — боготворили В. Жуковского. Но после революции и вплоть до 1939 года Василий Андреевич находился в черном списке, к нему прилепили ярлык царедворца и переиздавать прекратили.
***
Жуковский воспитывал сына Николая I, исследователи убеждены: в том, что Александр II отменил крепостное право, немалая заслуга Василия Андреевича. Еще раньше Жуковский обучал русскому языку невесту Николая I, будущую императрицу Александру Федоровну. Когда наследник достиг совершеннолетия, Василий Андреевич попросился в отставку. Вознагражден был по-царски, грех жаловаться, все получил сполна — и пенсион достойный, и возможность проживать где угодно. Василий Андреевич выбрал заграницу. Николай I позволил ему в виде исключения находиться там сколь угодно долго. Прочим дворянам дозволялось проживать за бугром всего пять лет. Василий Андреевич женился на немке, дети родились в Германии, жену русскому языку он обучить не смог, разговаривали по-немецки и по-французски, что русскому дворянину (титул Жуковскому был дарован еще при АлександреI) было не в тягость.  Напомним, французский язык считался родным у русской элиты. Те же декабристы, отправляясь на казнь, прощались друг с другом на по-французски, умирающий Пушкин с женой разговаривал не по-русски.
Василий и Елизавета Жуковские оказались в самой гуще революционных событий, охвативших Европу в 1848 году. Сторонника просвещенного монархизма «весна всех народов» пугала, семья не раз меняла место жительства. Жуковский подумывал о возвращении в Россию. К тому же царский двор был обеспокоен: царю и наследнику показалось, что Жуковский не собирается возвращаться, поселился там навеки, несмотря на подписанную бумагу, что его дети будут крещены и обращены в православную веру. Двойного гражданства Василий Андреевич не оформлял, но венчался два раза. С одной и той же Елизаветой Рейтерн. Первый раз — по-православному, второй — по-лютерански. И хоронили Василия Андреевича дважды: в склепе на загородном кладбище в Германии и в Александро-Невской лавре в Петербурге, куда через четыре месяца привез гроб слуга. На повторных похоронах присутствовал Федор Тютчев, похоронили Жуковского рядом с могилой Николая Карамзина.
***
В. Жуковский умер в 1852 году, а гимн «Боже царя храни» на его стихи исполнялся еще 65 лет вплоть до революции, уже нашей, Великой Октябрьской, или до переворота — кому как нравится. Кажется, этот рекорд не переплюнул даже наш трехкратный гимносочинитель Сергей Михалков. Давайте посчитаем. Сергей Владимирович сотворил первый вариант в 1944 году, видоизменил в 1977-м, выбросив Сталина, но оставив Ленина в двух куплетах и припеве. Третью модификацию, в которой вместо вымаранного Ленина вставлен Бог, С. Михалков выдал в 2000 году. То есть, Сергей Владимирович считается номинальным автором гимна на протяжении 74 лет. Однако по этому показателю у Василия Андреевича абсолютный рекорд. На необъятных российских просторах (а они в то время были необъятнее теперешних) гимн на стихи Василия Жуковского звучал аж 83 года — достижение, достойное книги Гиннеса.
К тому же, из михалковского результата следует вычесть десятилетия, в которые гимн вообще не пели и отминусовать срок, когда Ельцин впарил своим подданным  «Патриотическую песню» М. Глинки  без слов. А Василию Андреевичу, напротив, приплюсуем еще 18 лет. Ведь Александр I (батюшка Николая I) встречался с иноземными визитерами под «Молитву русских». Она исполнялась в качестве гимна и тоже написана Василием Андреевичем вместо державинского «Грома победы», прославлявшего еще Екатерину II. В тексте «Молитвы» В. Жуковского — тот же рефрен: «Боже, Царя храни». Строки заимствованы (да чего там — слизаны) с заморского хита «Боже, храни короля / королеву». По смыслу обе оды В. Жуковского идентичны, но жаль, из первоначального варианта исчезла пробирающая строка: «Все ж недостойное прочь отжени (т. е. отгони, типа изыди, сатано — А. Н.)».
Гимн Российской Империи Николай I утвердил в 1834-м, когда не прошло и десяти лет после восстания декабристов. Известны рисунки  Пушкина: виселица с пятью повешенными и подпись под ними: «И я бы мог». Василий Андреевич старше Александра Сергеевича на 16 лет, он имел полное право сказать:  «А я-то как мог!» Друзья уговаривали Жуковского вступить в тайное общество. Он столь виртуозно выкрутился и ответил так достойно, что никто из будущих мятежников не бросил в него камень. Он никого никогда не предал, а после событий на Сенатской площади отважился просить Николая I отменить смертный приговор своему однокашнику Николаю Тургеневу, находившемуся за границей и приговоренному заочно. Российское правительство требовало у Англии выдачи Н. Тургенева. Почти два века спустя наше правительство будет просить выдачи Березовского. Англичане не выдали подозреваемого Н. Тургенева, откажут они и почти два века спустя. Впрочем, Борис Абрамович — тот еще декабрист.
Просьбой В. Жуковского царь был взбешен: «Ты при моем сыне… Как же ты можешь быть сообщником людей беспорядочных, осужденных за преступление?! Тебя называют главою партии, защитником всех тех, кто только худ с правительством». Похоже, Василий Андреевич смог каким-то образом смягчить участь друга, потому что выдачи его перестали требовать, а после восшествия на престол Александра II и вовсе амнистировали. Известные строки Пушкина: «На всех стихиях человек / Тиран, предатель или узник» появились, когда прошел слух, будто Англия выдала Николая Тургенева и его морем везут в Питер.
В дни Олимпиады не грех вспомнить и пофантазировать по такому поводу. Уроженец села Хреновое Бобровского  уезда Николай Панин-Коломенкин стал в 1908 году первым российским Олимпийским чемпионом в одиночном фигурном катании. Игры проходили в Лондоне, считались летними, начались осенью, вид спорта — зимний. Черт ногу сломит! Но это все — не фантазии. Вот фантазии: когда поднимали наш флаг и играли российский гимн, уроженец села Хреновое, заглядывая на 110 лет вперед, на весь Лондон мог проорать, перефразируя Василия Андреевича Жуковского: «Суку Макларена прочь отжени!»