Вход

"Седая леди"

“Седая леди” — популярное прозвище “Нью-Йорк таймс”.

“Седая леди” — популярное прозвище “Нью-Йорк таймс”.  Эта газета не считается лучшей в мире, она является ею. Такое мнение сложилось в мировой прессе. Ее журналисты известны тем, что обнаруживают интересное, важное и необычное там, где этого не увидят другие. Конечно, не на исторических свалках по методу бомжей, как это делают некоторые наши печатные издания с миллионными тиражами.

Тираж “Нью-Йорк таймс” сравнительно невелик и предназначен для более просвещенной  части общества. “Седая леди” выбирает партнеров для дружбы в сфере СМИ сама, а вот недавно выбрала российскую “Новую газету”. По мнению “Нью-Йорк таймс”, это лучшая газета в России. Материалы “Нью-Йорк таймс”  уже выходят в ней с 18 сентября 2009 года в специальном приложении по пятницам. Это восемь полос с комментариями аналитиков, новостями мировой экономики, науки, искусства, моды, спорта и репортажами со всех концов света. Как в тридцати других странах.

Но в нашем городе “Новую газету” с приложениями невозможно купить в киоске или прочесть подшивку в читальном зале. Ее можно только выписать по почте.

Чем отличается “Новая” от других центральных газет? Приведу образное сравнение. Есть популярная пословица: рыба портится с головы. Многие центральные и местные газеты критикуют российскую «порчу» (беспредел), но “голову” называет открыто лишь “НГ”. Особенно ее бесстрашная и язвительная журналистка Ю. Латынина. Другая, Анна Политковская, была за свои правдивые репортажи убита несколько лет назад. Кстати, и в “Нью-Йорк таймс” есть чрезвычайно язвительные и бесстрашные по отношению к своим властям две дамы.

Каков критерий выбора газеты? По-моему, после прочтения человек должен испытывать заряд бодрости и оптимизма. То есть информация (любая) должна быть краткая и правдивая. Остальное зависит от читателя.

Русская тема в “Нью-Йорк таймс” присутствует тоже. Пусть не так часто и не столь глубоко. А для нас разве не важно знать, как нашу страну видит образованная публика Запада? Напрямую, а не через двух Михаилов — Леонтьева и Задорнова.